Приветствую Вас Гость | RSS

Моя История

Пятница, 22.09.2017, 00:23
Главная » 2009 » Март » 28 » Абрам Ганнибал
00:49
Абрам Ганнибал
Источники о происхождении Абрама Петровича носят преимущественно субъективный характер. Будучи уже стариком, он писал записки о своей жизни, которые могли бы стать и ценнейшим источником по истории, но записки не сохранились. Пушкин сообщает об этом: «При Петре III вышел он в отставку... писал было свои записки на французском языке, но в припадке панического страха, коему был подвержен, велел их при себе сжечь вместе с другими драгоценными бумагами».
Предполагается, что страх Ганнибала связан с возможными репрессиями со стороны светлейшего князя Меншикова, опасавшегося влияния Ганнибала на Петра II. Ганнибал обучал будущего императора точным военно-инженерным наукам.
Однако записки Абрам Петрович писал не при Петре III, уйдя в отставку, а значительно раньше, когда с помощью Миниха был возвращен из Сибири и прятался, по версии А.С. Пушкина, в Ревельской деревне, а по мнению автора немецкой биографии Ганнибала – в Перновской крепости. И они вполне могли сгореть, и Ганнибал мог и должен был бояться их обнародования, ибо они со временем могли уличить старого генерала в выдумках и натяжках, превратившихся в факты его биографии.
Что мог знать о своем происхождении пяти-шестилетний мальчик? Только то, что его заставили заучить взрослые. Таким взрослым мог быть только один человек, благодаря которому маленький Абрам оказался при дворе русского императора, – Савва Владиславич Рагузинский. Личность таинственная и необычайно интересная. Он удачливый купец, дипломат, полиглот, агент, работавший на правительства разных стран, в том числе и на русское. Легенду придумал он, идя от обратного, исходя из сути задания, которое получил. Суть задания сжато и кратко описана в книге «Путеводитель по Пушкину. Спб., 1997»: «Абрам (Петр) Петрович до крещения Ибрагим (прадед Пушкина) родился в 1697–1698 гг. в северной Абиссинии, где отец его был владетельным князьком. Вследствие распоряжения Петра I достать ему нескольких мальчиков-арапов он был привезен графом С.В. Рагузинским в Москву, доставлен к Петру и крещен именем Петра...»
Петр не просил привозить ему негров. Речь шла о некрасивых, темнокожих, но склонных к наукам мальчиках, которые будут выполнять должность арапа при дворе царя.
Впервые Абрам Петрович заговорил о своем происхождении из Африки в начале 1742 года, когда написал прошение императрице Елизавете Петровне с просьбою предоставить ему грамоту на дворянство и герб. В обоснование просьбы он упоминает не только свои заслуги и чин – генерал-майор, но и приводит краткую версию своего происхождения: «Родом я нижайший из Африки, тамошнего знатного дворянства. Родился во владении отца моего в городе Лагоне, который и кроме того имел под собою два города; в 706 году выехал я в Россию из Царяграда при графе Савве Владиславиче, волею своею, в малых летах и привезен в Москву в дом блаженныя и вечнодостойныя памяти Государя Императора Петра Великого и крещен в православную, греческого исповедания веру; а восприемником присутствовать изволил Его императорское Величество высочайшею персоною; и от того времени был при Его императорском величестве неотлучно».
Абрам делает теоретическое обоснование для предоставления ему и детям его потомственного дворянства, так, как заведено было при Петре, когда составлялись родословные книги. Проверялись родословные чисто формально. Естественно, каждый старался сделать свой род как можно древнее и обязательно, чтоб начало роду давал какой-нибудь иностранец. Это была мода. А в ХVIII веке данные родословных книг стали фактом.
Зачем Ганнибал упомянул, что город Лагон «имел под собою два города»? Честолюбивым человеком оказался Абрам Петрович. Претендовал он не только на потомственное дворянство, но и на княжеский титул.
Надеждам не суждено было сбыться. Ганнибалу отказали. И отказ прозвучал на самом высшем уровне. Не помогли ни чины, ни награды. Арап не мог что-либо делать «волею своею». Елизавета это понимала. Арап – должность подневольного человека. Многие вельможи имели в своих домах арапов, но никто из них не претендовал на звание дворянина. Близость к царю и заграничное образование не давали прав на дворянство. Арап может быть как угодно близок своему хозяину, но остается слугой. Рассказы Абрама Петровича о его благородном африканском происхождении на веру не взяты. Цену им знали. Принято мудрое решение – отказа Ганнибалу не давать, но не давать и хода делу. Так оно оказалось в архиве. Так и жили Ганнибал и его дети не дворянами и не простолюдинами, не мещанами и не крепостными.



Только после смерти Ганнибала его дети получили грамоту о дворянстве. В 1804 году Псковское дворянское собрание «...постановило и внесло генерал-майора Петра и Иосифа Ганнибаловых в первую очередь дворянской родословной книги с выдачею грамоты». При этом замечено, что происхождение их «покрыто неизвестностью». Таким образом, в момент рождения А.С. Пушкина его мать Надежда Осиповна (Иосифовна) и вся Ганнибалова родня дворянами не были.
Незадолго до смерти Абрам Петрович продиктовал своему зятю Адаму Роткирху новый вариант автобиографии. Значительно усилены аргументы, связанные с проблемой происхождения. Уже в первых строчках говорится о конкретной стране, из которой родом Абрам Петрович. Отец его превращается из неопределенного африканского дворянина в могущественного князя. Сделана смелая попытка вывести происхождение российского Ганнибала от карфагенского полководца. Слово Адаму Роткирху: «Авраам Петрович Ганнибал был действительно заслуженным генерал-аншефом русской императорской службы, кавалер орденов св. Александра Невского и св. Анны. Он был родом африканский арап из Абиссинии; сын одного из тамошних могущественных и богатых влиятельных князей, горделиво возводящего свое происхождение по прямой линии к роду знаменитого Ганнибала, грозы Рима».
Очень трудно отделить вымыслы Абрама Петровича от позднейших измышлений Роткирха. Но есть одно место в биографии, где рука Роткирха явно чувствуется. Он решил затронуть самый больной для Абрама Петровича вопрос о документальном обосновании его притязаний на княжеский титул. Для этого в текст биографии своего тестя он вводит новое действующее лицо: некоего сводного брата, правящего княжеством в Абиссинии, который попытался найти своего брата и выкупить из неволи. «В это время, – пишет Роткирх, – его правящий брат, я думаю, побужденный тогда еще живой матерью этого европейского Ганнибала, в предположении, что этот сводный брат еще находился в Константинополе в качестве заложника, захотел его выкупить через посредство других и выполнение этого поручил одному из своих младших братьев; последний отправился по следам увезенного нового Иосифа; (сперва он искал его в Стамбуле), а затем был в Петербурге (где рассчитывал его выкупить за большую сумму и захватить с собой). Однако было невозможно возвратить язычеству и варварству столь многообещающего юношу, уже чувствующего себя убежденным христианином; привыкнув к европейскому образу жизни, он и сам не проявил желания вернуться, то этому домогающемуся брату было отказано в его просьбе, тогда, одарив младшего брата ценным оружием и арабскими рукописями, касающимися их происхождения, уехал он на родину, не добившись поставленной цели с большой скорбью с той и с другой стороны».
Фрагмент биографии изобилует неувязками. Как брат Абрама мог проследить его путь из Стамбула в Петербург? Допустим, в серале султана ему сказали, что мальчик был выкраден неизвестными. Где искать дальше? Исполнители наверняка не знали заказчиков. Между ними мог находиться целый ряд посредников. Допустим, что как-то брату Абрама удалось узнать, что пленник увезен в Петербург. Он приезжает в столицу России, идет во дворец к царю и предлагает деньги за брата. Невероятно!
Эти небылицы писались только с одной целью. Необходимо доказать, что Абрам Петрович имел документы, дающие право на княжеский титул. Судя по тексту биографии, такая попытка была сделана самим Ганнибалом в то время, когда Роткирх вошел в его семью. «Много позже, уже в наше недавнее время, покойный родоначальник ныне в Европе существующего рода Ганнибалов хотел притязать на возобновление княжеского титула, опираясь на свое рождение от княжеских предков, согласно этим документам и доказательствам; однако его старший сын, генерал-лейтенант и кавалер Иван Абрамович Ганнибал, отсоветовал ему это предприятие на основании того аргумента, что княжеское достоинство требует и княжеского состояния».
Автор биографии называет Ганнибала «новым Иосифом», сравнивая продажу библейского Иосифа, попавшего в Египет, с судьбой Абрама Ганнибала, привезенного в Россию. Схожесть действительно имеется: оба были продаваемы и перепродаваемы, оба помнили своих родичей и свою родину, оба достигли высокого положения в той стране, где очутились. Александр Сергеевич Пушкин тонко уловил одну особенность биографии прадеда: личность его имеет интерес и вес для истории, только если рядом и над ним находится Петр I. Достаточно убрать Абрама от Петра Великого и... образ арапа тает, размывается среди многих арапчат, соприкасавшихся с государем в этот период. Их действительно было много, причем многие носили имя Абрам.
В 1698 году Петр I отправился в свое первое путешествие в Европу. Его любимец Лефорт в письме от 8 февраля напоминал: «Пожалуст не забуват купит араби». К 25 марта Петр, видимо, выполнил просьбу Лефорта.
Активно занимался постановкой арапчиков русским вельможам Савва Владиславич Рагузинский. При этом никто и никогда детей не воровал. Существовал развитый рынок работорговли, где легко можно было приобрести нужного ребенка. Переводчик приказа Николай Гаврилович Милеску-Спафарий 15 ноября 1704 года доносил управителю приказа графу Федору Алексеевичу Головину: «Милостивый государь мой боярин Федор Алексеевич. Перед отъездом своим из Царьграда июня 21 дня господин Савва Рагузинский писал ко мне, что он по приказу вельможности вашей промыслил с великим страхом и опасением жития своего от турков двух арапчиков, а третьего послу Петру Андреевичу, и тех арапчиков послал с человеком своим сухим путем через Мултянскую и Волоскую земли для спасения. И ныне, государь, ноября 13 день, тот человек Савин приехал с теми арапчиками к Москве в целости, и из тех трех выбрал двух, который лучше и искуснее родных братьев, и отдал их в пречистом доме вашем пречистой госпоже матушке вашей и детям вашим благороднейшим, а третьего, который поплоше, оставил Петру Андреевичу, потому что так писал ко мне и господин Савва, и человек его сказал, что тот негоден.
Меньший из них именем Аврам крещен от племянника господаря мултянского, а большой еще в басурманстве...
А в Азов все товары Савины пришли в целости с племянником его маленьким, а как будут сюда, что надлежит к вельможности вашей выберем и отдадим...»
Можно ли считать арапчика, посланного к графу Апраксину Саввой и нареченного Абрам, будущим Абрамом Петровичем Ганнибалом? Нет, по двум причинам: мальчик по пути в Москву уже был крещен, а мы знаем, что Абрама Петровича крестил в Вильно сам Петр I; подлинный Абрам прибыл в Москву вместе с племянником Саввы Рагузинского. Когда Рагузинский приехал в Азов, где ожидали его товары и маленький племянник, то поступил указ Петра Великого достать ему еще арапчат. Он взял своего племянника, соединил с двумя другими мальчиками и отправил в Москву. В качестве сопроводительного документа с ними пошла легенда, что Савва украл двух арапчат из сераля султана, причем один из них сын абиссинского князя.
Это могло произойти весной или летом 1705 года. Сколько лет Ганнибалу? Ученые определяют его год рождения между 1695 и 1698 годом. «Преимущество за 1696 годом, который мы и считаем наиболее вероятным годом рождения прадеда А.С. Пушкина», – отмечал Георг Леец.
Данные из биографии Абрама Петровича накладываются на эпизоды из биографий иных арапов по имени Абрам. В книге И. Фейнберга «Абрам Петрович Ганнибал, прадед Пушкина» в качестве иллюстрации приведено фото титула книги, где красивым крупным почерком написано по-немецки: «Абрахам Петрович, Москва, 1711». Трудно поверить, что в 14–15 лет Абрам Петрович имел свою библиотеку и прекрасно писал по-немецки. Вероятно, речь идет о другом Абраме. Вполне возможно, о том, что упоминается в приходно-расходной книге царя: «1705 г. 18 февраля, Абраму арапу к делу мундир и в приклад дано 15 рублей 15 алтын». Слишком большая сумма для мундира девятилетнего мальчика. Скорей всего, книга принадлежала тому арапу Абраму, который выехал на учебу во Францию несколькими годами ранее Абрама Петровича.
Из его же биографии перешел в биографию Ганнибала эпизод с войной за испанское наследство. Из немецкой биографии Ганнибала: «...произведенный оттуда в офицеры артиллерии, он затем участвовал в войне за испанское наследство во всех походах в чине капитана артиллерии, тогда же он был использован и в инженерном деле в минных галереях, участвовал здесь в подземных сражениях; при этом однажды был сильно ранен в голову и в конце концов взят в плен».
Война эта началась в 1700 году. Завершилась подписанием Утрехтского (1713 г.) и Раштаттского (1714 г.) мирных договоров. Абрам Петрович никак не мог успеть поучаствовать в ней. Во Францию он приехал только в 1717 году в свите Петра I. Следовательно, в войне участвовал иной человек, который был ранен и взят в плен. После пропал. Ганнибал присоединил факт его биографии к своей и стал героем Испанской войны. Нужно заметить, что в обращении к Екатерине I и Елизавете Петровне он никогда об этом не упоминает. Появляется это только в биографии, написанной Роткирхом.



Сергей Львович Пушкин, отец поэта
Из французской жизни Абрама Ганнибала (тогда он звался просто Абрам Петров) наиболее достоверно известно, что прибыл во Францию он в 1717-м, покинул ее летом 1723 года.
Абсолютным вымыслом нужно считать фрагменты биографии, где автор утверждает: «Император Петр Великий с удовольствием видел растущие успехи своего крестника в знаниях и науках; для усовершенствования соответственно обстоятельствам тогдашнего времени послал он его с значительной стипендией и особыми рекомендациями к тогдашнему регенту Франции герцогу Орлеанскому с горячей просьбой взять на себя наблюдение за ним...»
Никакой особой стипендии не было. Абрам получал сто сорок ефимков в год. Причем жалованье он, как и другие ученики, получал бумажными деньгами, которые из-за инфляции сильно упали в цене. Абрам голодал. Это невыносимое положение подтолкнуло его на вступление во французскую службу. В письме к кабинет-секретарю Макарову он оправдывает свой поступок тем, что в 1720 году создали школу молодых инженеров, в которую иностранцев не принимали, кроме тех, что служили во французской армии. Фактически Абрам стал наемником. Очень похоже на то, что требование прибыть в Россию прозвучало после получения известия об этом.
Судя по всему, Абрам Петров решил стать невозвращенцем. Он всячески оттягивает время отъезда в Россию. Макаров шлет письмо с требованием немедленно выехать морем в Россию. Абрам отговаривается: «...прошу вас, – пишет он, – государя моего, доложить его величеству, что я не морской человек... Моя смерть будет, если не покажут надо мною милосердие Божеское... Ежели императорское величество ничего не пожалует, чем бы мне доехать в Петербург сухим путем, то рад и готов пешком идти...»
Знает хитрый Абрам Петров, что Петр деньгами не бросается, прижимист предельно.
Еще год пробыл Абрам во Франции. Но петербургские хитрецы все же нашли способ вернуть строптивца: не хочешь ехать сам морем, поедешь с посольством князя Долгорукова.
Весной 1723 года Абрам покинул Францию. Далее по тексту «Немецкой биографии»: «Получив известие об его приближении, государь со своей супругой, императрицей Екатериной, поехал ему навстречу из Петербурга до Красного села, на 27-ю версту, а затем назначил его на 28-м году капитан-лейтенантом бомбардирской роты лейб-гвардии Преображенского полка; в последней каждый правящий монарх всегда сам является капитаном, и потому Ганнибал по своей должности имел ежедневный верный случай часто говорить со своим капитаном без предварительного доклада».
Пушкин в романе «Арап Петра Великого» творчески обработал этот момент. Петр I не только выехал навстречу своему крестнику, но и ждал его в трактире «со вчерашнего дня».
Здесь практически все вымысел. Император получил известие не о приближении своего бывшего арапа, а о прибытии посольства и действительно выехал ему навстречу. Камер-юнкер Берхгольц писал об этом так: «25 мая... государь ездил навстречу двум господам, именно князю Долгорукову и графу Головкину, прибывшему из Берлина. Первый находился вне России 15, а последний 16 лет. Долгорукий был послом при датском и французском дворах... Они сидели с императором в коляске и были встречены им за несколько верст до города».
Бывшему фавориту не нашлось... места рядом с императором, и это вполне объяснимо, если учесть, что количество денщиков-фаворитов у Петра было так велико, что он их, скорее всего, и не помнил.
Абрама Петровича отправили в Преображенский полк. Конечно, он не стал капитан-лейтенантом и не имел возможности ежедневно встречаться и беседовать с императором. Честолюбие его уязвлено.
Очень скоро ему надоело обучать «архитектуре милитарис» туповатых унтер-офицеров. Он решил напомнить о себе, отослав Екатерине I рукописный экземпляр своей книги «Геометрия и фортификация». В небольшом посвящении Абрам Петров осторожно намекает на те главы биографии, которые невозможно было проверить: крестился в Вильно в 1705 году, восприемник – сам государь Петр. Оставлен лично императором в Париже, рекомендован принцу крови Дюку дю Мену...
Екатерина не оставила без внимания это обращение и определила Абрама Петровича учителем математики к Петру II.
Умный и хитрый арап не мог, конечно, ужиться при дворе с всесильным Меншиковым. После восшествия на престол Петра II несчастный учитель математики отправился в служебную командировку в Селенгинск, где по странному стечению обстоятельств встретился с графом Саввой Рагузинским. Если помните, именно этот человек придумал первые штрихи легендарной биографии Ганнибала, которая в наиболее краткой и завершенной форме представлена в академическом издании «Путеводитель по Пушкину», вышедшем в 1931 году


Не очень понятно, почему авторы этого издания титулуют Рагузинского графом. В момент поставки арапчат ко двору он титул этот еще не получил. Он только начинал карьеру тайного агента при российском внешнеполитическом ведомстве. В дипломатической переписке начала ХVIII века тайный агент в Константинополе титулуется скромно: «человек». Звучит почти как раб или холоп, но человек умный, хитрый и очень состоятельный. Он делает стремительную карьеру на русской службе. Уже в 1702 году встречается в Азове с Петром I, при встрече рекомендуется «греческим купцом». А в именном указе от 2 апреля 1705 года Рагузинский именуется иллирийским шляхтичем и торговым человеком.
К тому времени через Савву идет солидный поток денежных средств, направленный для подкупа турецких чиновников. От его деятельности во многом зависит внешняя политика Турции в Причерноморье и на Балканах. Петр Андреевич Толстой очень дорожит своим агентом, справедливо полагая, что он «...зело искусен и на многие тайные вещи ведомец», а кроме того, скуп неимоверно.
Основные торговые пути Рагузинского проходили через Малороссию и Азов. 1 июля 1703 года Савва обращается с челобитной к Петру I и почти через два года получает, говоря современным языком, лицензию на свободную торговлю через Азов, где ему высочайше разрешено иметь дом и лавку. Еще когда Азов был турецким, Савва наверняка имел грамоту от султана и дом с лавкой тоже имел, но власть сменилась, пришлось пойти на службу к русскому царю.
Через Азов и Савву Рагузинского шел путь и в Константинополь, и на Балканы, и в центральную и южную Европу.
И вот Савва получает приказ привезти для царя арапчат. Неужели этот опытный и осторожный человек поставит под угрозу свою жизнь, состояние и карьеру и будет воровать из султанского сераля мальчиков-арапчат? Никогда не пошло бы на это и русское правительство. Савва мог получить подобный приказ только как дополнение к агентурной работе, причем он ничем не должен был рисковать, а это возможно только в случае, если Савва имел большой опыт в торговле живым товаром.
За десять лет до появления мальчика Абрама в России Петру I привезли смуглого арапчонка, в крещении получившего имя Алексей и отчество Петрович. Впоследствии оказалось, что Алексей Петрович был родным братом Абрама Петровича. Одна и та же семья с разницей в десять лет поставила русскому царю двух родных братьев. Это возможно только в том случае, если поставщик мальчиков-арапчат был один – Савва Рагузинский.
К мальчикам предъявлялись три основных требования: они должны быть смуглы, некрасивы и интеллектуально развиты. Первые два трудности не представляли – на любом базаре от Константинополя до Крыма и Азова можно было приобрести смуглых и не очень красивых мальчиков, но как определить, что этот ребенок способен к наукам? Проще всего и вернее выбрать ребенка из своей среды, тем более если заранее известно, что он попадет ко двору русского царя. Такая «своя» среда могла быть у Саввы только в Азове. Недаром вместе с Абрамом в Москву привез он и своего племянника.
Скорей всего, ошибался Петр Андреевич Толстой, называя Савву «породою рагузенина». Национальная принадлежность несколько проявляется в имени: Савва – усеченная форма от древнееврейского Вар-Сава, «праведный». Именем Вар-Сава называли библейского Иосифа.
Следовательно, подлинное имя Саввы – Иосиф из Азова. Принято считать, что топоним Азов происходит от этнонима Асы или аланы – кочевые племена, обитавшие в Приазовье в начале I тысячелетия н. э. Кажется, что это очередная историческая ошибка. Какие города могут быть у кочевников? Название происходит от имени собственного: Азов – замена гласной в на ф – Азеф. Дальше близкородственное сирийское Юсеф, польское Юзеф, а в основе все то же библейское Иосиф. Азов – город Иосифа праведного. Савва (Иосиф) родом из города Иосифа.
Во время взятия Азова русскими войсками в июле 1796 года возник вопрос об «охреянах». Так называли на Руси раскольников. Колония охреян жила при турках в Азове. При сдаче города договорились, что с турками уйдут те охреяне, которые приняли мусульманство. Трудно представить, что речь идет о русских раскольниках. Православные раскольники шли на смерть за свою веру, согласно с учением одного из своих лидеров протопопа Аввакума: «Насильственная смерть за веру вожделенна».
Возможно, под охреянами в Азове имелись в виду еврейские раскольники (миним), получившие имя караимы («книжники»). Колония евреев-караимов появилась в Приазовье еще при хазарах. В VII–Х веках н.э. в низовье Дона находился город Саркел (русский вариант Белая Вежа) – столица Хазарского каганата. Поселения караимов не только органично вошли в структуру каганата, но и настолько сильно влияли на политическую и духовную жизнь государства и общества, что иудаизм стал официальной религией хазар.
Каганат исчез с политической сцены, но остались поселения караимов. Они протянулись от Азова через Приазовье в Крым, где караимские общины существовали веками в Феодосии, Бахчисарае, Чуфут-Кале (Крепости евреев). Торговые пути связывали азовских караимов со всем миром, где проживали их единоверцы. Глава караимов – нази (князь), позднее гахам, имел резиденцию в Каире. Последний каирский гахам Иешуа-Бен-Барух жил в середине ХVIII столетия.
Торговые пути связывали приазовских караимов с Испанией. Вполне вероятно, что существовали связи и с Абиссинией. Рассказы об этих странах известны были азовским караимам в ХVIII столетии. Савва Рагузинский творчески применил их к биографии маленького Абрама. Почему именно абиссинская легенда стала основой биографии Абрама Ганнибала? Савва только подыграл Петру I, зная его интерес к этой стране. Во всяком случае, появление при дворе маленького абиссинского принца могло заинтересовать Петра.
Мог ли иудейский мальчик сойти за смуглого арапа? Среди евреев антропологи отмечают значительные колебания в пигментации кожи: от белого до смуглого и почти черного. Сто лет назад доктор Тривус, изучавший этот вопрос, писал: «Испанские сефарды и голландские евреи – чистый семитический тип, длинноголовые, продолговатое лицо, смуглый цвет кожи».


После изгнания евреев из Испании смуглолицые сефарды двинулись через Балканы в Причерноморье и Приазовье. В ХIII веке имела место значительная миграция караимов из Византийской империи в Крым – караимы бежали от крестоносцев. В 1392 году, разгромив крымских татар, литовский князь Витовт увел в Литву значительное количество караимских семей. Они расселены в Троках, в Луцке, в Галиче и в местечке Красный Остров возле Львова.
Литовские караимы с тех пор стали называться трокскими, а крымские и азовские – таврическими. Связи между этими ветвями никогда не прерывались. В среде караимов постоянно поддерживался высокий уровень духовности и светской образованности. Когда гахамы караимских общин в Крыму и Приазовье почувствовали, что интеллектуальный уровень таврических караимов понизился до критической, с их точки зрения, черты, то в конце ХVII – начале ХVIII столетия были приглашены ученые караимы из Луцка и Трок.
Близок к караимской интеллектуальной элите был и Савва Рагузинский. Именно из этой среды взяли мальчика Абрама для отсылки Петру. Мальчик государю пришелся по вкусу, только вот принять новое христианское имя не захотел. Пришлось смириться с удивительным упорством крестника и высочайше разрешить впредь именоваться Абрамом. Абрам питал явную склонность к библейским именам. Все его сыновья носили исключительно библейские имена. И это не случайно. Древнее название караимов Бене-Микра и Баале-Микра означает «библейцы».
Как справедливо заметил Георг Леец, Абрам Петрович Петров превратился в Абрама Петровича Ганнибала только в 1732 году, когда приобрел у адмирала Головина мызу Карьякюла около Ревеля.
Для землевладельца в Прибалтике фамилия была обязательна, но фамилия Петров не звучит. Тогда на свет появилось имя Ганнибал. Леец считает, что мысль об его использовании зародилась у Абрама Петровича еще во время его пребывания во Франции.
Полагаю, что имя это было с Абрамом от рождения. Ганнибал – самое распространенное пунийское имя. Переводится оно как «милостив ко мне Бог». Традиция давать детям двойные имена очень широко распространена у многих народов древности. Система двойных имен – одно для официального употребления, а второе, тайное, имеющее духовный смысл, существует среди караимов и сегодня.
Во время встречи с графом Рагузинским в Селенгинске Абрам Петрович вполне мог узнать о существовании второго имени.
Интеллектуальные задатки Абрама Петровича Ганнибала во всю силу проявились в его правнуке Александре Пушкине, и только поэтому мы обязаны критически проверить каждый факт и каждую легенду в биографии его предка.
Антропологическое изучение физического облика Александра Сергеевича Пушкина практически не подвинулось ни на шаг за последние сто лет, когда Д.Н. Анучин писал, что антропологическое изучение Пушкина «является необходимым». Исследователи стыдливо обходили этот вопрос. Илья Фейнберг в работе «Читая тетради Пушкина» (М., 1985), ограничивается туманными рассуждениями о сложной семито-хамитской смеси, образовавшейся в средневековой Абиссинии. Д.Н. Анучин был более определенен: «...некоторый семитический оттенок был присущ физическому типу Пушкина». Известный антрополог делает смелое заявление: «Нельзя игнорировать также тот факт, что как при жизни Пушкина, так и в новейшее время личности, считавшиеся наиболее походившими на Пушкина по типу своих волос и лица, оказывались обыкновенно евреями» – и предлагает продолжить изучение портретов и посмертной маски Пушкина. Но это тупиковый метод. Изучать нужно останки поэта и его родственников, прежде всего Абрама Ганнибала.
Тип волос и тип лица – это память физиологическая. Пушкин был курчав и рыжеват. Сын Пушкина Александр тоже был рыж. Неужели «арап Петра Великого» имел рыжие волосы?
Еще есть память историческая. Кажется, что память о происхождении Пушкина через его прадеда Абрама Ганнибала еще не так давно была жива. С. Станиславский в статье «По поводу шестидесятилетия кончины А.С. Пушкина» писал: «...несмотря на явное нерасположение великого русского поэта к потомкам Израиля, Пушкин пользуется редкой популярностью среди евреев, так что во время празднования пятидесятилетия со дня его кончины, как нам положительно известно, в одной из южных еврейских общин по нем отслужена была панихида». Заметьте, не во всех еврейских общинах, не в нескольких, а только в одной.

* * *
Признав прадеда А.С. Пушкина караимом, я, конечно, не хочу сказать, что с этого момента Пушкин перестает быть русским поэтом. Он был, есть и будет поэтом русским, но в его физическом типе соединены признаки нескольких рас и народов, в том числе и караимов.

Александр ЗИНУХОВ
Категория: Личность в истории | Просмотров: 4305 | Добавил: spor | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 5
1  
Отличная статья, мне рнавится, остойно.

2  
Познавательно, но не убедительно. Чего-то не хватает, а чего не пойму. Но, скажу прямо: – светлые и доброжелательные мысли.

3  
Данный пост — одно из немногих исключений, когда читаешь с удовольствием и что-то для себя выносишь. Спасибо автору. Добавлю в избранноеhttp://voronezh.recikl.ru/ - . :)

4  
Спасибо за труды :)))))

5  
проститутки Казани

Имя *:
Email *:
Код *: